27 мая 2013

Ken Vandermark, Lasse Marhaug, Paal Nilssen-Love - FIRE ROOM (США - Норвегия)

[новый джаз]

  • Ken Vandermark - саксофоны, кларнет (США)
  • Lasse Marhaug - электроника (Норвегия)
  • Paal Nilssen-Love - ударные (Норвегия)
 
Начало в 20.00 Стоимость билетов в предварительной продаже: 1000 руб., в день концерта: 1300 руб.
Последний день предпродажи - суббота, 25 мая (26 мая ДОМ не работает)!
 

Огонь, медь и белый шум


Культовый норвежский «электронщик» Лассе Мархауг еще в середине нулевых участвовал (вместе с ударником Полом Нильссеном-Лавом) в вандермарковском джазовом ансамбле Territory Band, однако концепция трио Fire Room сложилась и выросла, несомненно, из Powerhouse Sound – первого действительно совместного предприятия, в котором в идеально сыгранный фри-джазовый дуэт Вандермарка и Нильссена-Лава вживили индустриально-нойзовые импровизации Мархауга. Если Territory Band был, в первую очередь, группой, играющей креативный – пусть и не без психоделических «примочек», – но все же джаз (причем, на своем финальном альбоме “Collide”, в компании такого титана, как Фред Андерсон), то более поздняя креатура Вандермарка Powerhouse Sound – это, по сути, фри-ро́ковый проект в авангардно-джазовой оболочке. Он быстро почил в бозе после выхода лишь двух лонгплеев, успев при этом просуществовать в двух ипостасях – квартета из Чикаго и квинтета из Осло. Последний, видимо, победил: сам Вандермарк в последние годы нередко признавался в том, что западноевропейские музыканты интересуют его в настоящее время больше, чем кто-либо еще. В этом дуализме, тем не менее, весь Вандермарк: он стоит на двух китах – американском джазе и европейской импровизационной музыке – «черная музыка и белая свобода» у каждого свои, а у Вандермарка – в особенности.

Единственная на данный момент студийная запись Fire Room (есть еще и виниловый мини-релиз, запечатлевший выступление на фестивале Music Unlimited в австрийском Вельсе, выпущенный тиражом в… 157 экземпляров) красноречиво озаглавлен “Broken Music” – что, в общем, вполне соответствует действительности: на изломе тускло освещенного свободного джаза и шумного, деформированного рока возникает обратная связь в виде то жужжащих, то грохочущих, то скрипящих звуковых скульптур и коллажей, выкристаллизовавшаяся из взаимопроникновения противоположностей, коими зачастую считают рок, джаз и электронную музыку. И даже в такой непростой обстановке Кен Вандермарк с истинно американской прямотой словно говорит своим партнерам: “Challenge accepted!” и с успехом показывает, что он, прежде всего, выдающийся мелодист с непревзойденным, универсальным опытом.

Вандермарк является, пожалуй, наиболее продуктивным из современных американских фри-джазовых музыкантов. Лидер и идеолог бесчисленного количества ансамблей, играющих всевозможные разновидности авангардного джаза, пост-бопа, фри-рока и фанка, на данный момент Вандермарк участвовал в записи сотен релизов, сотрудничая с такими заслуженными музыкантами, как Петер Бретцманн, Матс Густафссон, The Ex, The Flying Luttenbachers, Zu, Хэл Расселл, Джо МакФи, Хамид Дрейк... Его проекты – Free Fall, School Days, DKV Trio, Free Music Ensemble, новейшие Made to Break и El Inferno Musical, монструозный ансамбль Resonance и десятки других, давно распавшихся и еще не появившихся, – известны среди любителей нового джаза безупречным качеством исполнения, отточенным композиционным мастерством и неизменными посвящениями пьес деятелям современного искусства – Вандермарк, этот рафинированный интеллектуал от джаза, таким образом с легкостью флиртует то с Дьёрдем Лигети, то с The Stooges, то с Марком Ротко; а легендарному космическому пришельцу Sun Ra Кен посвящал целые альбомы под эгидой Spaceways Inc. Поиски в области электронной музыки Вандермарк начал со знакомства с творчеством Бернарда Пармеджани, переосмысливая свои подходы к композиции и конструированию звука. При этом ничто “человеческое” ему не чуждо: Кен большой поклонник Эннио Морриконе, Джорджа Клинтона и Funkadelic, Sonic Youth.

Лассе Мархауг – радикальный экспериментатор, культовый деятель норвежской электронной сцены, с начала девяностых успевший зарекомендовать себя как один из самых плодовитых авторов шумовой музыки в мире. Мархауг активно сотрудничает с лейблами вроде Rune Grammofon и Smalltown Supersound, интересуясь не только электроникой, но и экспериментальным роком, новым джазом и другими пограничными явлениями. Jazzkammer, один из его основных проектов – дуэт с норвежским коллегой Джоном Хегре, – запомнился не только смелыми экспериментами, но и провокативными моникерами своих программ вроде “Balls The Size of Texas…” или “Metal Music Machine”. Он выступал и записывался с гуру «джапанойза» Merzbow и Aube, активно сотрудничал с Йосихидэ Отомо, Матсом Густафссоном, Филом Ниблоком, Майей Ратке, Spunk и другими современными экспериментаторами. Мархауг также увлекается графическим дизайном – так, именно он рисовал обложки для недавних альбомов Frode Gjerstad Trio, Atomic, Merzbow, проектов с участием виолончелиста и электронщика Фреда Лонберга-Холма и многих других.
Кто такой Пол Нильссен-Лав московская новоджазовая публика знает не понаслышке – этот термоядерный барабанщик, постоянный участник The Thing, Atomic, Peter Brötzmann Chicago Tentet и других выдающихся составов, в последние годы здесь частый гость. Он восхищается Артом Блэйки, белорусской сгущенкой и московскими кошками; в Москве его можно встретить в музыкальном магазине, покупающим записи Александра Николаевича Вертинского.

Эти трое знают друг друга давно, но друг о друге – далеко не все. Эстетическая близость подходов к творчеству, звуку, импровизации, умение слышать партнера и коммуницировать тому свои находки, несмотря на разницу в их музыкальном ДНК, абсолютно и безусловно свидетельствуют о том, что разница потенциалов в трио Fire Room остается интереснейшим объектом для исследования и экспериментов. Вы приглашены!


«Меня интригует то, как использует электронику Лассе Мархауг, с которым мы работаем в Fire Room, то, как он думает о звуке, даже несмотря на то, что он не воспитан собственно на джазе. А поскольку он мыслит категориями, находящимися за пределами джазового пространства, это побуждает меня размышлять совсем иначе о том, что я сам делаю. Меня всё больше интересует выстраивание баланса между мелодией, ритмом, структурой и пространством в контексте того, что происходит у моих партнёров. Когда имеешь дело с электроникой, структурный элемент становится гораздо важнее остальных и меняет природу звуковых систем, которые я использую, звуковых ресурсов, которые я использую как акустический музыкант. Работа с электроникой связана с тем, о чём я говорил раньше, — с поиском способов выйти за пределы. Электроника для меня — средство развивать силу звука».
Кен Вандермарк в интервью журналу Джаз.Ру, 2011 год.

«Лассе Мархауг – один из тех людей, которые действительно отвечают за электронику, как, например, я отвечаю за барабаны, но это позволяет им и терять контроль над музыкой, давать ей иногда жить своей жизнью».

Пол Нильссен-Лав в интервью журналу КоммерсантЪ-Weekend, 2013 год.

 

ближайшие события:

 
 
 
 
 
 

спасибо:

Ostengruppe

LiniaGrafic!

Ринет

Москва Медиа